Декабрь 9th, 2015 
adminGWP
18 век
обычаи и нравы
цари
Танцы, охота, балы, маскарады, игра в карты — стандартные развлечения знати 18 века. Но не только — как и сейчас, в то время были распространены анекдоты, правда, носили они несколько иной характер, чем современные. Предлагаем вам ознакомиться с историческими анекдотами как о Екатерине Великой так и просто о её эпохе.
Новости СМИ2
1. Екатерина II путешествовала в шестиместной карете. С ней постоянно находились австрийский император Иосиф II, австрийский посланник и граф Николай Александрович Головин (?-1832). По очереди в карету императрицы допускались прочие посланники и другие дамы.
Австрийский посланник похвалил великолепную шубу императрицы, на что Екатерина II ответила:
«Это один из моих слуг заботится об этой части моего гардероба. Он слишком глуп для другой должности».
В это время в императорской карете находился граф Луи-Филипп де Сегюр (1753-1830), который о чём-то задумался, слышал только обрывки разговора, в котором хвалили шубу императрицы, и поспешил присоединиться:
«Каков господин, таков и слуга».
2. Однажды Екатерине II подано было прошение одного флотского капитана разрешить ему брак с негритянкой. Екатерина разрешила, но это ее позволение вызвало осуждение среди многих православных, считавших такое бракосочетание греховным. Екатерина ответила так:
— Сие есть не более чем честолюбивый политический замысел против Турции: я хотела этим торжественно ознаменовать бракосочетание русского флота с Черным морем.
3. Один старый адмирал был представлен Екатерине II после морского боя, который он блестяще выиграл. Екатерина попросила его рассказать о подробностях этой баталии. Адмирал начал рассказ, но, по мере того как увлекался и распалялся все более, стал пересказывать свои команды и обращения к матросам, перемежая их такой бранью, что все слушавшие его рассказ оцепенели от страха, не зная, как отнесется к этому Екатерина.
И вдруг по выражению лиц придворных адмирал понял, что он наделал, и, встав на колени перед императрицей, стал просить у нее прощения.
— Продолжайте, пожалуйста, дальше ваш весьма интересный рассказ, — спокойно и ласково проговорила Екатерина, — я этих морских названий и слов все равно не понимаю.
4. Выражение «не нашего прихода» вошло в обиход после 1778 года, впервые появившись в сборнике «Отрада в скуке, или Книга веселия и размышления».
«В некоторой деревне священник, сказывая проповедь внятным слогом и чувствительными выражениями, привел в слезы слушающих его поселян, все плакали, исключая одного крестьянина. Его спросили, для чего он не плачет? На сие ответил он: «Я не здешнего прихода».
5. Как-то после ужина Екатерина II рассказала анекдот. Английский посланник ФицГерберт, лорд Сент-Элен (1753-1839), вернулся в комнату, когда императрица уже закончила свой рассказ. Все присутствующие сожалели, что лорд был лишён такого большого удовольствия от рассказа императрицы, а Екатерина II предложила повторить его. Однако едва императрица дошла до середины анекдота, как лорд Сент-Элен крепко заснул, и рассказчица прервала свой рассказ:
«Только этого не хватало, господа, чтобы довершить вашу любезную предупредительность. Я вполне удовлетворена».
6. Однажды графини Варвара Николаевна Головина (1766-1819) и Анна Ивановна Толстая (в девичестве Барятинская, 1774-1825) готовились к вечеру у императрицы. Толстая сделала Головиной очень красивую причёску с повязкой, которая проходила под подбородком.
К Головиной подошла графиня Екатерина Петровна Салтыкова (в замужестве Шувалова, 1743-1817) и грозно спросила:
«Что это у вас под подбородком? Вы знаете, эта повязка придает вам вид, будто у вас болит лицо?»
Следует заметить, что графиня Салтыкова была весьма высокого роста, выглядела очень внушительно и имела мужские манеры.
Головина скромно ответила:
«Это графиня Толстая меня так причесала, и я подчинилась её фантазии, у нее больше вкуса, чем у меня».
Салтыкова продолжала:
«Не могу от вас скрыть, что это очень некрасиво».
Головина почтительно, но твёрдо, ответила:
«Что делать! Я не могу сейчас ничего переменить».
Вскоре вышла Екатерина II, заиграла музыка, великая княжна Елизавета исполнила какую-то арию и т.д.
Через некоторое время Екатерина II подозвала Головину, а Салтыкова сидела рядом с императрицей, и поинтересовалась:
«Что это у вас под подбородком? Знаете ли, что это очень красиво и очень идет к вам».
Головина расцвела:
«Боже мой, как я счастлива, что эта прическа нравится Вашему Величеству. Графиня Салтыкова нашла это таким некрасивым и неприятным, что я была совсем обескуражена».
Императрица продела свой палец под повязку, повернула лицо Головиной к Салтыковой и сказала:
«Ну, посмотрите, графиня, разве она не хороша?»
Сконфуженной Салтыковой ничего иного не оставалось, как ответить:
«Действительно, это очень идет к лицу».
Императрица незаметно подмигнула Головиной, а та почтительно поцеловала руку Екатерины II и возвратилась на своё место.
7. Однажды Екатерина II поручила обер-гофмаршалу князю Фёдору Сергеевичу Барятинскому (1742-1814) пригласить в Эрмитаж графиню Софью Петровну Панину (в замужестве Тутолмину, 1772-1833).
Появившись в Эрмитаже, императрица не увидела графини Паниной, но увидела баронессу Фитингоф, которую она никогда ранее не приглашала.
Екатерина II сделала вид, что ничего не замечает, но вскоре поинтересовалась у князя Барятинского, каким образом баронесса Фитингоф попала на собрание Эрмитажа.
Барятинский очень извинялся и сказал, что лакей, развозивший приглашения, ошибся и вместо графини Паниной побывал у баронессы Фитингоф.
Императрица велела Барятинскому:
«Сначала пошлите за графиней Паниной, пусть она приезжает, как она есть. Относительно же баронессы Фитингоф впишите её в список приглашаемых на большие балы в Эрмитаже. Не надо, чтобы она могла заметить, что она здесь по ошибке».
А вскоре приехала и графиня Панина, которую тепло приняла императрица.
Этот эпизод считается недостоверным, потому что и у Вяземского, и у Головиной госпожа Фитингоф называется графиней, а в роду Фитингофов были только бароны.
8. 27 февраля 1782 года игумен Никольского монастыря, расположенного во Владимирском наместничестве в окрестностях уездного города Шуя, сообщил Екатерине, что у жены крестьянина Федора Васильева за 40 лет их брака родилось 69 детей. Федор Васильев родился в 1707 году и женился в 17 лет. За время с 1725 по 1765 год у него в семье и появилось 69 детей — 16 двоен, 7 троен и 4 четверни. Примечательно и другое, только двое из 69 детей умерли в детстве, остальные были крепкими и здоровыми. По просьбе Екатерины крестьяне Васильевы были ей представлены и щедро ею одарены. А впоследствии императрица время от времени вспоминала о них и принимала в них участие.
9. Старый генерал Федор Михайлович Шестаков, прослужив более 40 лет, ни разу не был в Петербурге и приехал туда только по случаю отставки за получением документов, необходимых для пенсии.
Секретарь Екатерины II представил Шестакова императрице, которая любила преподносить награды, дипломы и все прочее, что могло быть приятно заслуженным чиновникам и военным. Увидев впервые Шестакова, Екатерина удивилась, так как полагала, что знает всех своих генералов, и, не сдержавшись, заметила:
— Как же так, Федор Михайлович, что я до сих пор ни разу вас не видала?
— Да ведь и я, матушка-царица, тоже вас не знал, — ответил простодушный старик.
— Ну, меня-то, бедную вдову, где же знать! А вы, Федор Михайлович, все же генерал!
10. В один из церковных праздников Екатерина II молилась в соборе и увидела у иконы Богоматери плачущую женщину, положившую перед иконой какую-то бумагу. Екатерина попросила дать ей эту бумагу и обнаружила, что это жалоба царице небесной на нее — царицу земную. Женщина-помещица писала, что императрица утвердила несправедливое решение Сената, по которому у нее отобрали имение.
«Владычица небесная, Пресвятая Дева, просвети и вразуми нашу благосердную монархиню, да свершит суд правый», — прочла Екатерина и велела жалобщице через три дня прийти к ней во дворец.
За это время она вытребовала из Сената дело, внимательно ознакомилась с ним и пришла к выводу, что Сенат, а он был высшей судебной инстанцией в России, допустил ошибку. Приняв бедную женщину, Екатерина извинилась перед ней, приказала вернуть имение и поднесла еще и дорогой подарок.
11. Графиня Браницкая заметила, что Екатерина II берет нюхательный табак левой рукой, и спросила: «А отчего же не правой, ваше величество?»
На что Екатерина ей ответила: «Как царь-баба, часто даю целовать правую руку и нахожу непристойным всех душить табаком».
12. В одной из своих лекций В.О. Ключевский говорил, что Екатерина Вторая была образованной женщиной, «очень много читала», и тут же мимоходом заметил: «Екатерина II никак не могла сладить с русским языком и писала на нем невероятным образом. Она умела в русском слове, состоящем из трех букв, сделать четыре ошибки: вместо «ЕЩЕ» писала «ИСЧО».
13. Однажды камердинер Попов, отличавшийся добрым нравом и за то любимый Екатериной, сказал ей, что крестьяне одной из деревень собрали 16 тысяч рублей для того, чтобы он смог купить всю деревню вместе с мужиками у помещика, владевшего всей этой крещеной и некрещеной собственностью.
— Ты мне напомни, когда станешь покупать деревню, — сказала Попову Екатерина, желая помочь ему в этом деле.
Через некоторое время она спросила Попова:
— Что же твоя деревня?
И он ответил, что дело оказалось спорным и судьи пока не знают, чью сторону следует принять.
— А когда так, — сказала Екатерина, — то я запрещаю тебе производить тяжбу, потому что судьям известно, что ты один из моих приближенных и поэтому дело, скорее всего, решат в твою пользу.
14. Пред очи Государыни Екатерины как то была представлена делегация духовенства, которые изложили ей свою просьбу:
«Царь-де, батюшка, Петр Великий, колокола на пушки изволил перелить, а когда= их снимал, то обещал вскорости вернуть. Да так и не вернул. Не поспособствуете ли Вы в нашем горе, Матушка?»
На это Екатерина II полюбопытствовала, обращались ли с этой просьбой к самому Петру I?
«Да .» — ответили ей — «И даже петиция оная с тех времен у нас сохранилась.»
Императрица пожелала на нее взглянуть, и когда та была ей вручена, увидела кроме прочего и резолюцию,на ней начертанную: «А ### вам моего не надо?» И подпись: «Петр I.»
После чего Монархиня попросила подать ей перо и чернила и своей царственной ручкой начертала: «А я же, как женщина, даже этого предложить не могу.»
15. Императрица Екатерина II одним из воспитателей к сыну Павлу хотела пригласить прославленного энциклопедиста Д’Аламбера. Тот отверг предложение императрицы и, намекая на геморроидальные колики, от которых по официальной версии умер Петр III, написал в письме к Вольтеру:
«Я очень подвержен геморрою, а он очень опасен в этой стране [России]».
16. В Париже цесаревич Павел был незадолго до Революции. Король Людовик XVI был в курсе его сложных отношений с матерью и спросил однажды цесаревича: «Имеются ли в Вашей свите люди, на которых Вы можете вполне положиться?»
На это Павел очень выразительно ответил:
«Ах, я был бы очень недоволен, если бы возле меня находился хотя бы самый маленький пудель, ко мне привязанный. Мать моя велела бы бросить его в воду, прежде чем мы оставили бы Париж».
17. Однажды в присутствии Екатерины Павел Петрович читал депеши из революционной Франции. В негодовании он воскликнул:
«Я бы давно все прекратил пушками!»
Екатерина спокойно на это отреагировала:
«Ты кровожадный дурак! Или ты не понимаешь, что пушки не могут воевать с идеями?»
Опубликовано в рубрике