wpthemepostegraund

Население Руси в канун батыева нашествия

Древняя Русь  
13 век  
города  

Предлагаем вашему вниманию статью В.А. Кучкина, посвящённую проблемам исследования народонаселения Древней Руси.

Статья первоначально опубликована в сборнике «Образы аграрной России IX-XVIII вв.» (М.: Индрик, 2013. С. 67-88.)

—-

Исследование проблем народонаселения Древней Руси, крупный вклад в которое внесла Н.А. Горская, связано с решением многочисленных и разнообразных вопросов, причем ответы только на некоторые из них могут носить достаточно определенный характер, на другие — неполный или предположительный, на третьи найти ответы вообще не удается. Причина — в отсутствии необходимых источников, которые позволяли бы определять границы расселения, пункты проживания, количество дворов в таких поселениях, число живших во дворах людей, характеризовать жителей по половому, возрастному, этническому, социальному, имущественному, профессиональному и другим признакам. Поэтому исследователи демографических процессов раннего времени вынуждены прибегать к ретроспективным расчетам и характеристикам или к распространению конкретных подсчетов и наблюдений над составом жителей отдельного пункта или района на большие населенные пространства.

Для Руси ретроспективные расчеты возможны только с XVII в., когда появляется массовая кадастровая документация в виде писцовых и переписных книг. Такие описания начинаются уже в XV в. (например, новгородские), в XVI в. охватывают значительную часть Русского государства, однако не всю. Лишь описания XVII в. по охвату территории и своей сохранности позволяют получить репрезентативные данные, которые можно использовать для характеристики народонаселения более ранних периодов. При этом следует иметь в виду, что территория, фиксируемая в писцовых описаниях XVI-XVII столетий, далеко не идентична территории Древнерусского государства IХ-ХI вв. и землям русских княжеств XII — первой трети XIII вв. За период в 800-400 лет происходили такие изменения (опустошения определенных регионов в результате крупномасштабных и длительных войн, миграции населения в другие места, интенсивные освоения старых земель, колонизации новых территорий и т. п.), которые с трудом позволяют реконструировать населенные пространства IХ-ХIII столетий и соответственно характеризовать жившее там население.Тем не менее метод определения численности населения раннего периода по значительно более поздним демографическим показателям не следует оставлять без внимания при исследовании вопросов о народонаселении Древней Руси.

Прямые свидетельства источников IХ-ХIII вв. о населении Руси очень редки, поэтому приходится пользоваться не только ими, но и прибегать к косвенным данным. Так, в летописях чрезвычайно редко упоминается межа (рубеж) княжеств, например, в раннем летописании — единственный раз в рассказе о событиях 1098 г. как разделяющая граница между перемышльско-теребовльскими и владимиро-волынскими землями. При отсутствии конкретных показаний источников примерные границы между княжествами приходится устанавливать путем картографирования периферийных поселений, упоминаемых в древнейших письменных памятниках. Тем самым определяются и ареалы расселения жителей в тех или иных княжествах. Населенность самих поселений устанавливается тоже косвенным путем на основании данных, полученных уже археологической наукой. Размер сохранившегося до наших дней городища позволяет говорить о примерном числе дворов на нем, а размеры дворов — о количестве их обитателей. Здесь, однако, необходимо учитывать разного рода нюансы.

Характеристика населения по его проживанию на городищах и на селищах, т. е. разделение населения на городское и сельское, оказывается осуществимой лишь в определенной степени. Городское население может жить и в месте неукрепленном (Белоозеро), а сельское — в укрепленном (новгородские Молвотицы, позднее подмосковное Борисово и др.). Существует набор критериев, по которым городское население можно отличить от сельского. В частности, А.В. Куза в свое время предлагал характеризовать город по следующим археологическим показателям: 1) наличие ремесленных мастерских, признаков торговли (привозные вещи, деньги, весы), промыслы; 2) наличие административного управления (печати, пломбы); 3) предметы военного снаряжения; 4) монументальное каменное зодчество; 5) письменность (эпиграфика, писала, книжные застежки); 6) дорогостоящие предметы обихода (украшения, посуда и утварь); 7) наличие усадеб в городской застройке1. С такими открываемыми археологической наукой признаками городского поселения, отличающими его от сельского, в принципе можно согласиться. При исследовании городов не всегда следует принимать площадь городища за заселенную городскую территорию. Например, г. Торческ, располагавшийся недалеко от Киева на левом берегу р. Гороховатки, левом притоке р. Роси в земле кочевников-торков, имел укрепления, охватывавшие площадь размером в 90 га. Для русского средневекового города это весьма обширная территория, она, например, вдвое превышала площадь Галича, столицы крупного древнерусского княжества (размер галичского городища — 45 га). Можно было бы думать, что в XII в. недалеко от Киева появился новый значительный город в земле торков, подчинявшихся киевским князьям. Однако за стенами Торческа в случае военной опасности укрывались не только люди, но и принадлежавшие им конские стада. Площадь городища не всегда является показателем того, сколько на ней могло поместиться дворов городских жителей. К тому же жилища в древнерусских городах нередко устраивались во внутренней стороне городских стен, и если не принимать во внимание этой особенности расселения горожан в некоторых городах, можно ошибиться в определении числа их жителей. Достаточно остро стоит вопрос о размерах земельных участков, на которых ставились дворы. Дело в том, что археологи в подавляющем большинстве случаев из-за существующей застройки, тех или иных природных изменений (позднейшей залесненности, водных размывов, расширения оврагов) не могут древние городища исследовать полностью, ограничиваясь лишь некоторыми их участками. Обнаружить поэтому признаки древних ограждений, отделявших один двор от другого (заборные канавки, остатки заборов и столбов, ямки для столбов), удается не всегда. Примеры более или менее полного археологического исследования древнерусского города единичны. Так, в Ярополче Залесском работами В.В. Седова и М.В. Седовой вскрыто примерно 7000 кв. м площади. На севере городища (детинец площадью 2,8 га) обнаружены остатки 6 дворов (по канавкам от частоколов). Полностью вскрыты 2 двора. Площадь одного составила 700 кв. м, а другого — 1000 кв. м. Последний принадлежал, видимо, волостелю. В Новгороде Великом вскрыты боярские усадьбы размером в 1200-2000 кв. м и дворы гораздо меньших размеров — в 450 кв. м2. Такой материал позволяет давать и социальную характеристику горожанам. С этой точки зрения интересные данные содержит археологическое исследование городища на р. Гуска, состоявшего из детинца площадью 0,63 га и окольного города размером около 3 га. Оно отождествляется с г. Изяславлем, упоминаемым в летописях и уничтоженным в 1241 г. войсками Батыя. Городище полностью раскопано. Раскопки дали уникальный материал для социальной характеристики русского средневекового города. Оказалось, что во дворах, где были обнаружены сельскохозяйственные и ремесленные орудия, не было военного снаряжения, а во дворах, где найдены мечи, сабли, булавы, кистени, копья, кинжал, кольчуга, не было сельского и ремесленного инструментария3. Очевидно, что «люди воюющие» (по определению социологов Средневековья) составляли особую часть городского населения. По наблюдениям археологов, по соседству почти с каждым городом существовали неукрепленные селища, которые в исследованиях стали определяться как селища-посады. Но города не могли обходиться без продуктов сельских промыслов: бортничества, рыболовства, охоты. Поэтому около городов властями организовывались поселения сельских промысловиков, которые считались сельчанами, а не горожанами. В таком случае население селищ-посадов надо относить не к горожанам, а к сельским жителям.

Таким образом, характеристика народонаселения Древней Руси, его общей численности, количественного деления по биологическим, социальным и профессиональным признакам может быть только условно-приблизительной. Больше данных имеется о территориях, на которых проживало это население, местах его концентрации, направлениях внутренней миграции и колонизации, типах и размерах поселений. Эти данные имеет смысл рассмотреть не суммарно за большой хронологический период, а сугубо конкретно, по состоянию на 1237 г., когда началось татаро-монгольское завоевание Руси, резко изменившее ее историческое развитие. При этом следует иметь в виду, что хотя речь идет о населении всей Руси, последняя в указанное время не представляла собой единого государственного целого. В политическом отношении Русь делилась на целый ряд вполне суверенных княжеств и Новгородскую республику, внутри которых имелись подчинявшиеся им вассальные княжества. Поэтому обобщающие данные, характеризующие население Древней Руси, могут быть получены только после рассмотрения соответствующих фактов, относящихся к каждому государственному образованию, существовавшему в пределах, на которые распространилась власть Рюриковичей к концу 30-х гг. XIII в.

* * *

Крайними юго-восточными русскими княжествами были Муромское и Рязанское. Первоначально, в XI в., они составляли единое княжество со столицей в расположенном на левом берегу р. Оки Муроме. Там стали править представители черниговской династии Святославичей. Муромское княжество быстро заселялось выходцами из Черниговского и соседнего с ним Переяславского княжеств, причем осваивалась территория течения р. Оки к западу от Мурома и, соответственно, наиболее близкая к восточной границе Черниговского княжества. Уже в 40-х гг. XII в. построенная при впадении в Оку р. Прони Рязань политически и административно отделилась от Мурома.

В подчинении Мурома остались земли по среднему течению р. Оки, располагавшиеся по этому течению ниже Рязанского княжества. Муромские князья владели также территорией по среднему течению р. Поли, правого притока впадающей в Оку р. Клязьмы. Кроме Мурома других городов в княжестве не было. Археологи фиксируют в Муроме на Воеводской (Кремлевской) горе городище размером более 2,5 га4.

Рязань — столица отделившегося от Мурома Рязанского княжества — позднее стала называться Старой Рязанью в отличие от новой, современной Рязани (прежний Переяславль Рязанский). Рязанское княжество занимало территорию по среднему течению р. Оки и правому притоку Оки р. Проне, захватывая значительную часть междуречья Прони и Оки. На западе границы княжества достигали притоков Оки р. Смедвы и р. Москвы в ее нижнем течении, а на востоке — устья р. Пры5. К 1237 г. в Рязанском княжестве существовало еще одно княжество — Пронское, образовавшееся в конце 70-х гг. XII в. По данным 70-х гг. XII в., княжеской резиденцией была и Коломна, но оставалась ли она таковой и в 30-е гг. XIII в., сказать трудно.

Письменные источники называют в Рязанском княжестве 14 городов: Белгород, Борисов-Глебов, Добрый Сот, Изяславль, Исады, Коломна, Копонов, Михайлов, Ольгов, Переяславль (Рязанский), Пронск, Ростиславль, Рязань, Ужеск. Шесть городов Рязанского княжества домонгольского времени исследованы археологами. Они установили, что столица княжества Рязань занимала в первой трети XIII в. территорию в 53 га, в Пронске были укреплены территории в 4,5 га и 6 га — всего 10,5 га, в Изяславле детинец занимал пространство в 0,06 га, а окольный город — 5,6 га, городище Белгорода было площадью 4 га, а Ольгова — несколько более 2 га. Городище Переяславля Рязанского имеет размеры 690×540 м, т. е. 37,26 га, но нет уверенности в том, является ли это городище домонгольским. Исследователи полагают, что до нашествия Батыя крепость в Переяславле Рязанском занимала площадь в 30 га.

К Муромскому и Рязанскому княжествам с севера примыкало княжество Владимирское, а к последнему — княжества Юрьевское, Переяславское (Переяславля Залесского), Ростовское, Ярославское и Угличское, в разное время выделившиеся из состава Суздальского княжества Юрия Долгорукого, первого независимого князя СевероВосточной Руси. Все вместе они занимали громадную по средневековым меркам территорию от р. Оки на юге до среднего течения р. Северной Двины на севере, от нижнего течения р. Меты на западе до слияния рр. Оки и Волги на востоке.

Главным из этих княжеств было Владимирское. Владимир на Клязьме, ставший при Юрии Долгоруком центром удельного владения его сына Андрея Боголюбского, со смертью Юрия и переходом власти над всею Суздальскою землею в руки Боголюбского превратился из удельного в стольный город этой земли, дав ей и новое название — Владимирская. Свое столичное положение город Владимир сохранил и при преемниках князя Андрея. Поэтому князь, занимавший владимирский стол, признавался главным среди князей — потомков Юрия Долгорукого. К 1237 г. владимирский стол занимал старший из остававшихся в живых сыновей Всеволода Большое Гнездо Юрий. Кроме Владимира под властью Юрия находились Суздаль, Боголюбов, Москва, Петров, Кострома, волжские Городец Радилов и основанный в 1221 г. при впадении р. Оки в Волгу Новгород, позднее получивший дополнительное определение Нижний, а также Галич Мерский, Соль Великая и, по-видимому Ярополч6. В начале 1228 г. умер один из младших братьев владимирского князя Юрия Владимир, владевший Стародубским княжеством, и оно с единственным городом-столицей Стародубом на Клязьме перешло к Юрию. Тем самым в руках владимирского князя оказались 12 городов и все земли бассейна р. Клязьмы.

И по своей населенности, и по своему экономическому потенциалу Владимирское княжество выделялось среди других княжеств Северо-Восточной Руси. В его состав входили густо населенные земли владимиро-суздальского ополья, самые плодородные на русском Северо-Востоке, а также богатые соляные варницы Галича и Соли Великой. Владимирскому княжеству принадлежало среднее течение Волги и нижнее течение Оки — основных речных магистралей северовосточных русских земель, по которым осуществлялась торговля с поволжскими народами, Волжской Булгарией, государствами Кавказа и Средней Азии.

Следующий по старшинству из сыновей Всеволода Большое Гнездо Ярослав получил в наследство от отца Переяславское княжество. Оно включало помимо находившегося у Плещеева озера Переяславля Дмитров, Тверь, Зубцов, Кснятин, Шошу, Дубну и Нерехту (8 городов), а также земли в Торжке и Волоке Ламском, где наряду с переяславскими (бывшими владимирскими) были и новгородские владения7.

Младший из остававшихся в живых к 30-м гг. XIII в. сыновей Всеволода Большое Гнездо Святослав правил в расположенном между Владимирским и Переяславским княжествами в верховьях рр. Шахи, Селекши, Колокши и Пекши Юрьевском княжестве, в котором был только один город — стоявшая на левом берегу р. Колокши столица княжества Юрьев.

Земли по правому берегу р. Волги в ее верхнем течении и в обширной зоне волжского левобережья принадлежали племянникам Всеволодовичей, детям старшего сына Всеволода Большое Гнездо Константина. В 1217 г., перед смертью, Константин распределил свои владения между тремя сыновьями. Старшему Васильку он передал Ростов и отдаленные Белоозеро и Устюг — всего 3 города. Средний Всеволод получил Ярославль с Мологой (2 города) и земли в бассейне р. Кубены. Младшему Владимиру досталось Угличское княжество с единственным городом Угличем.

Таким образом, к 1237 г. потомки Всеволода Большое Гнездо владели в общей сложности 27 городами.

Из них 10 были обследованы археологами, зафиксировавшими их размеры. Боголюбов имел городище площадью 3 га. Владимир в первой трети XIII столетия занимал пространство в 145 га. Валы Городца Радилова окружали площадь в 60 га, но городская территория была заселена далеко не полностью. В этой порубежной крепости сохранялись значительные пустые места, видимо, для испомещения войск, ходивших в походы на Волжскую Булгарию и на мордовские племена, а также для защиты расселявшихся на волжском левобережье русских поселенцев, укрывавшихся в Городце в случае нападений тех же булгар или мордвы. Другая пограничная крепость — Москва — к началу XIII в. была размером в 4,5 га. Суздаль, бывший во второй четверти XII в. столицей всей Северо-Восточной Руси, и позднее оставался крупным городом — 49 га к 1237 г. Ярополч имел детинец площадью в 2,8 га. Все эти города относились к Владимирскому княжеству. На территории средневекового Переяславского княжества археологически обследованы два города: Дмитров — 6 га и Переяславль — 40 га.

Из городов, принадлежавших сыновьям Константина Всеволодовича, археологически обследованы Белоозеро (площадь 30 га) и Ярославль (площадь 3 га).

К северу и к западу от северо-восточных русских княжеств лежали земли Новгородской феодальной республики. Территория, принадлежавшая Новгороду, превышала территорию любого русского княжества первой трети XIII в. Она простиралась от Чудского озера на западе до водораздела между рр. Северная Двина и Мезень на востоке8, от среднего течения р. Ловати и верхневолжских озер на юге до берегов Белого и Баренцева морей на севере. Однако населены были новгородские земли редко и в хозяйственном отношении освоены слабо. Городов было немного. Помимо Новгорода еще Псков, который то подчинялся новгородцам, то выходил из-под их контроля, а также Ладога, Руса (Старая Руса), Торжок, Великие Луки, Олонец, Городецк (Бежецк), Вологда, Волок Ламский, Изборск, Копорье, Моравиин, Юрьев (Дерпт, Тарту), отстоявшие от Новгорода на несколько десятков или даже на несколько Сотен километров, — всего 14 городов. В Волоке Ламском, Пскове, Торжке и Юрьеве были княжеские столы, туда новгородцы сажали князей по договорам с ними. Сам Новгород, получавший разнообразные дани с населения самых удаленных уголков своей земли, имевший давние и хорошо отлаженные торговые связи с Киевом, Черниговом, городами Северо-Восточной Руси, странами Балтики, был наиболее крупным и богатым городом на русском Северо-Западе.

Археологами обследованы крепости Изборска (площадь детинца составляет 1 га), Ладоги (каменная крепость — 1 га, примыкающее поселение — 15 га), Новгорода (7 га в конце X — начале XI вв.), Пскова (с окольным городом — более 150 га), Русы (в XV в. — 200 га), Торжка (детинец с окольным городом — около 8,5 га).

К югу от новгородских земель и к западу от Владимирского и Переяславского княжеств располагалось княжество Смоленское. Оно занимало территорию от верховьев рр. Москвы к Протвы, левых притоков Оки, на востоке до верхнего течения рр. Западной Двины и Днепра, правого притока Западной Двины р. Торопы и левого притока Ловати р. Куньи на западе. С севера на юг земли Смоленского княжества простирались от верхневолжских озер и верховьев р. Торопы до бассейнов среднего течения р. Сожа и верхнего течения р. Десны. Смоленское княжество насчитывало немало городов. Помимо столичного Смоленска это были Торопец, Василев, Вержавск, Дорогобуж, Ельня (Елна), Жижец (Жижич), Зарой, Изяславль, Копысь (Копыса), Краен, Кречют (Кричев), Крупль, Лучин, Мстиславль, Орша (Рша), Пацин, Прупой (Пропошеск), Ржева (Ржевка), Ростиславль (Рославль) — всего 20 городов9. В начале XIII в. в Смоленском княжестве существовал особый удел — Торопецкий, князь которого даже приглашался новгородцами на княжение в Новгород10.

При археологическом обследовании городов Смоленского княжества выяснилось, что город Копысь имел укрепления, охватывавшие площадь в 0,48 га, Мстиславль — примерно в 1,5 га, Ростиславль — около 2 га, укрепления самого Смоленска в первой трети XIII в. защищали территорию в 100 га, а в Торопце детинец занимал площадь в 0,6 га. Хотя из известных по письменным источникам городов Смоленского княжества археологическим раскопкам подверглось 25% их числа, очевидно резкое преобладание среди них столицы княжества — самого Смоленска.

На запад и северо-запад от Смоленского княжества располагались княжества Витебское и Полоцкое. О первом из них за длительный период с начала и почти до середины XIII в. сохранились единичные известия. Одно из них говорит о том, что в 1209 г. владимирский князь Всеволод Большое Гнездо «оженися другою женою, поя за ся Василковну князя Витебъскаго дщерь»11. Данное сообщение указывает на то, что в Витебске был княжеский стол. Другое летописное известие свидетельствует, что в 1245 г., уже при монголах, Александр Невский, воюя с литовцами, «пойма сына своего из Витебьска»12. Речь может идти только о малолетнем первенце Александра Ярославича Василии, который, видимо, был посажен отцом на княжение в Витебск. Однако был ли Витебск столицей особого самостоятельного княжества на всем протяжении 1209-1245 гг., сказать трудно. Географическое положение Витебска между Смоленском и Полоцком, которые в 20-30-х гг. XIII в. ожесточенно воевали друг с другом, должно было затронуть и Витебск, однако его судьба в тот период остается неизвестной. Даже при предположении, что Витебское княжество с начала XIII в. существовало беспрерывно, можно сказать, что особой роли в междукняжеских столкновениях первой трети XIII в. оно не играло, судя по всему, будучи небольшим по размерам (включало 1 скромный по своим параметрам город, где детинец занимал пространство в 3 га, а окольный город — 8 га) и слабым в военном отношении.

Полоцкое княжество, зародившееся еще в недрах Древнерусского государства во времена Владимира Святославича, было древнейшим и крупнейшим государственным образованием на территории современной Белоруссии. Земли княжества лежали по р. Западной Двине, захватывая бассейн даже нижнего течения этой реки, где жили латгалы. Здесь, в Латгалии, у полоцких князей в XII в. появились такие опорные пункты, как Герцике, Асоте, Кокнесе. На юге граница княжества захватывала верховья левых притоков р. Припяти, бассейн среднего течения р. Березины. Восточная граница княжества проходила примерно по течению р. Друти. Западная захватывала бассейн верхнего и среднего течения р. Вилии. Во времена своего расцвета Полоцкое княжество включало такие города, как Еменец и Усвят (Всвят) на северо-востоке, Брячиславль (Браслав) на северо-западе, Витебск на востоке, а к югу от Полоцка, стоявшего при впадении в Западную Двину ее правого притока р. Полоты, — Борисов, Дрютеск (Друцк), Изяславль, Логожеск, Лукомль, Менеск (Минск)13, кроме всех перечисленных — города Белчицу, Голотическ, Городец, Неколочь, Несвиж, Одрьск, Стрежев — всего 21 город (включая в Латгалии), причем Минск до начала 60-х гг. XII в. был центром особого княжения14, а Друцк был столицей княжества еще дольше — до конца XII в.15 В начале XIII в. эти города потеряли статус столичных центров, что может свидетельствовать о некоторых успехах внутренней политической централизации Полоцкого княжества. Однако эти успехи сводились на нет все более возраставшим немецким давлением в Прибалтике, где рижский епископ и Орден меченосцев захватили в 1207-1214 гг. полоцкие владения в Латгалии16. Усиливались и действия против Полоцка со стороны крепнувшего Литовского государства. Стал центром самостоятельного княжества Витебск, и из 21 города в руках полоцких князей осталось только 17. Из этого числа 5 городов исследовались археологами. Они установили, что Брячиславль имел укрепления размером около 2 га, Друцк — 17,5 га, Логожеск — 1,5 га, Минск — 3 га, а главный город княжества Полоцк — 58 га.

Южным соседом Смоленского княжества было княжество Черниговское. Его основная территория располагалась в бассейнах среднего и нижнего течения р. Десны, левого притока Днепра, и бассейна Сейма, левого притока Десны. На востоке граница Черниговского княжества шла от р. Оки к верховьям Дона, далее на юг вдоль верхнего течения Дона, затем сворачивала к истоку Сейма, шла на запад по р. Псел, выходила к верховьям Остера и у устья Десны достигала Днепра. Западная граница шла по Днепру17. На севере граница Черниговского княжества доходила до р. Угры, левого притока Оки. Территория Черниговского княжества, за исключением ее северной части, была давно и достаточно хорошо освоена в хозяйственном отношении. Здесь были плодородные поля, многочисленные реки, богатые рыбой, озера и болота, где водилась водоплавающая птица, а также места расселения хищных птиц, которых ловили для княжеской и боярской охоты, большие леса, где били зверей и собирали мед диких пчел.

В Черниговском княжестве было много городов. Помимо Чернигова, стоявшего на правом берегу р. Десны при впадении в нее р. Стрижень, еще — Бахмач, Белавежа (Белая Вежа), Березый, Блестовит, Болдыж, Брын, Брянск, Воробейна, Воротынск, Всеволож, Вщиж, Вьяхань, Глебль, Глухов, Гомий, Гуричев, Девягорск, Дедославль, Домагощ, Донец, Зартый, Вырь, Козельск, Колтеск, Корачев, Коршев, Кром, Курск, Листвен, Лобынск, Лопастна, Лутава, Любеч, Моровийск, Мосальск, Мценск, Неринск, Новгород Северский, Обловь, Ольгов, Оргощ, Ормина, Попаш, Путивль, Радощ, Ропеск, Росусь, Рыльск, Севск, Серенск, Синин мост, Сновск, Сосница, Спашь, Стародуб, Трубчевск (Трубецк), Уненеж, Хоробор, Чичерск — всего 60 городов18.

В Новгороде Северском, Курске, Путивле, Рыльске и Трубчевске в ХI-ХII вв. появились княжеские столы, что означало образование особых уделов внутри Черниговского княжества. Но твердо можно говорить о существовании к 1237 г. лишь двух черниговских княжеств-уделов: Рыльского, где в 1239 г. правил князь Мстислав Глебович19, и Козельского, где в 1238 г. княжил малолетний князь Василий20. Предположительно можно думать, что сохранялось и особое княжение в Курске, где в 1226 г. правил князь Олег Святославич, с которым собирались воевать князь Михаил Черниговский и его владимирские (Владимира на Клязьме) союзники21.

Из черниговских городов археологически обследованы Брянск (две части укрепленного детинца общей площадью около 6 га), Вщиж (городище размером в 3,8 га), Любеч (городище в 4,5 га), Новгород Северский (детинец около 3 га, окольный город примерно 30 га), Оргощ (детинец диаметром в 200 м, следовательно, площадью несколько более 0,06 га), Путивль (городище примерно в 25 га), Серенск (городище размером 3 га), Трубчевск (городище размером в 4 га), Чернигов (городище площадью 160 га).

К югу от Черниговского княжества располагалось Переяславское (Переяславля Южного) княжество. Оно было небольшим по своим размерам, занимая территорию бассейнов левых притоков Днепра Трубежа, Супоя и Сулы. Судя по тому, что переяславские города по р. Суле почти все стояли на правом берегу этой реки, Сула была восточной границей княжества. Расположенный далее на восток город Атава (Полтава), принадлежавший переяславским князьям, видимо, был городом-анклавом. От впадения р. Сулы в Днепр граница Переяславского княжества шла на северо-запад по Днепру, затем у устья Десны шла вверх по этой реке до устья р. Остер, где стоял Городец Остерский, и далее на восток по течению Остера до р. Сулы в ее верхнем течении. Столица княжества — Переяславль (Переяславль Русский, Переяславль Южный, современный Переяславль-Хмельницкий) стояла недалеко от Днепра при слиянии рр. Трубежа и Альты. Кроме Переяславля и двух упомянутых выше городов источники фиксируют в Переяславском княжестве города Баруч, Бронь, Воинь, Горошин, Желни, Лубно, Лукомль, Малотин, Носов, Песочен, Пирятин, Полкстень, Прилук, Римов, Ромен, Русотина. Всего в Переяславском княжестве насчитывалось 19 городов22. Следует иметь в виду, что многие из них являлись военными крепостями, где стояли лишь гарнизоны. Близость Половецкого поля требовала защиты от кочевников.

Археологические обследования позволили охарактеризовать три города Переяславского княжества. Воинь имел детинец площадью 4,6 га и укрепленный окольный город в 23 га. Городец Остерский имел детинец размером в 0,75 га и два укрепленных окольных города площадью 4,8 га и 25 га. Укрепления самого Переяславля защищали территорию около 80 га.

На запад от Переяславского и Черниговского княжеств лежало самое населенное и самое богатое из всех русских княжеств домонгольского времени — Киевское. Оно занимало территорию главным образом по правому берегу Днепра в его среднем течении, бассейна р. Припяти, правого притока Днепра, достигая верховьев рр. Немана, Нарови, Западного и Южного Бугов. Если на востоке граница Киевского княжества была достаточно стабильной, проходя по р. Днепру и лишь частично заходя на левый, пологий берег Днепра, то южная граница княжества менялась. В начале XIII в. она проходила по р. Роси, правому притоку Днепра. Далее южная граница шла к верховьям рр. Тетерева и Случи. Но на западе граница Киевского княжества к началу XIII в. претерпела сильные изменения. От междуречья рр. Горыни и Стыря она отодвинулась далеко к востоку и проходила примерно в бассейне верхнего течения р. Случи, правого притока р. Горыни. На севере граница проходила по широте городов Клеческа, Случеска и Рогачева. В состав Киевского княжества входили города Киев, Белгород, Богуславль, Божский (на р. Южный Буг), Болохов, Боровой, Брягин, Булич, Бьзяница, Василев, Вернев (Чернев), Витичев (Уветичи, Святополч), Володарев, Вручий (Овруч), Вышгород, Гольско, Городеск, Городец (близ Радосыни), Городец, Городок (в Болоховской земле), Губин, Дверен, Деревич, Дерновый, Добр, Добрый Дуб, Дядьков, Желань, Заруб, Звенигород, Звиждень, Иван, Искоростень, Каменец, Канев, Клеческ, Кобуд, Колодяжен, Корсунь, Котельница, Краен, Кудин, Кульдерев, Куниль, Кучарь, Кучелмин, Межимостье, Микулин, Михайлов, Мическ, Мозырь, Мунарев, Мутижир, Неятин, Пересечен, Полоный, Радомысль, Радосынь, Растовец, Речица, Рогачев, Родня, Родунь, Святославль, Святославля Криница, Семыч, Случеск, Товарый, Торческ, Треполь, Тумащ, Ушеск, Халеп, Чернобыль, Чурнаев, Чучин (Тчучин), Юрьев, Ярополч — всего 78 городов.

Внутри Киевского княжества уже с X в. начали образовываться уделы — такие как Вышгород и Туров. В первой трети XIII в. Вышгород оставался удельным центром. Киевские князья передавали его своим ближайшим родственникам, но только в управление, без права передачи по наследству. В первой трети XIII столетия в Киевском княжестве упоминаются такие княжеские центры, как Овруч, куда неоднократно удалялся князь Рюрик Ростиславич, когда лишался киевского стола; Вышгород, где до 1205 г. правил князь Ярослав Владимирович, внук знаменитого киевского князя Мстислава Великого; Треполье (тот же князь Ярослав); Белгород (князь Мстислав Романович, позднее ставший киевским князем); Торческ (князь Мстислав Мстиславич Удатный, позднее его сыновья)23. Все эти города (за исключением Овруча) находились поблизости от Киева, прикрывая его с юга, запада и севера. Понятно, что раздача таких городов в управление разным князьям преследовала цели защиты Киева, поскольку в каждом городе вместе с князем пребывала и его дружина.

В начале 30-х гг. XIII в. впервые упоминаются болоховские князья. Им принадлежали города Божский, Городец, Губин, Деревич, Дя дьков, Кобуд, которые располагались в верховьях р. Южного Буга и р. Случи, на которой стоял Болохов, давший наименование названным князьям. Это был стык границ Киевского, Владимиро-Волынского и Галичского княжеств. Болоховские князья являлись потомками новгород-северского князя Игоря Святославича. Очевидно, наделение их владениями в Киевском княжестве также было связано с решением задач обороны, но не столицы, а всего княжества.

Появление в Киевском княжестве владений князей других княжеств на первых порах не представляло опасности для киевских князей, наоборот, оно в известной степени было им полезно, поскольку усиливало военный потенциал княжества. Но при первых же признаках ослабления верховной власти временные держатели киевских земель превращались в наследственных владельцев, и от Киевского княжества отрывались большие территории. Так обстояло дело, в частности, с Туровским и Пинским княжествами, о которых речь пойдет ниже.

Сам Киев, бывший в IХ-ХI вв. столицей Древнерусского государства, в 30-х гг. XIII в. уже не представлял собой общерусского политического центра. За ним сохранялась роль главного города княжества, хотя княжества крупного, населенного и развитого в хозяйственном отношении. Кроме того, за Киевом оставалась роль общерусского религиозного центра, в котором по-прежнему пребывал митрополит всея Руси.

Некоторые киевские города исследованы археологами. Они установили, что Белгород в первой трети XIII в. имел городище площадью 97,5 га. Укрепления Витичева охватывали площадь в 10 га. Крепость Вышгорода занимала площадь в 15 га. Крепостные стены Заруба защищали пространство в 5 га. Городище Звенигорода было размером в 2 га. Киев в первой трети XIII в. занимал территорию примерно в 300 га. Городище Клеческа было размером в 4,6 га. Родня имела детинец в 1,5 га и примыкавший к нему окольный город в 2,5 га — всего 4 га. Укрепления Торческа защищали пространство в 90 га. Тумащ имел детинец в 1,6 га и окольный город размером около 8 га — всего 9,6 га. Детинец Чучина занимал площадь в 1,2 га, окольный город 3,7 га — всего около 5 га. Укрепления Юрьева охватывали площадь в 2,5 га. Таковы археологические характеристики 12 городов Киевского княжества.

К западу от Киевского лежало Владимиро-Волынское княжество. Его территория захватывала бассейны верхнего и среднего течения р. Западный Буг и бассейны верхних течений правых притоков р. Припяти, доходя на восток первоначально до среднего течения р. Горыни, а позднее включая верховье этой реки. На западе в описываемое время граница княжества достигала р. Вепря (Вепша), на севере подходила к р. Нареву, затем, пересекая верхнее течение р. Припяти, спускалась к югу, где достигала верховьев р. Случи, правого притока р. Горыни. На юге граница Владимиро-Волынского княжества шла по водоразделу между правыми притоками р. Припяти и левыми притоками р. Днестра.

Столица княжества г. Владимир (древнее название Володимерь) стояла на правом берегу р. Луги, впадавшей справа в Западный Буг, недалеко от ее устья. Помимо Владимира княжество включало города Андреев, Белз, Берестье, Броды, Бужеск (на р. Западный Буг), Бусовен, Верещин, Володава, Волынь, Всеволож, Выгошев, Гнойница, Городно (Гродно), Дорогичин, Дорогобуж, Дороговск, Дубен, Жидичин, Зареческ, Изяславль, Каменец (на р. Случи), Кодьня, Комов (Коморов), Кореческ, Кременец, Лубно, Луцк, Межибожье, Мельница, Милеск, Моравица, Орельск, Острог, Охожа, Перемиль, Пересопница, Сапогынь, Столп, Сутиска (Сутейск), Тихомль, Торчев, Турийск, Угровеск, Устилог, Ухани, Холм, Чемерин, Червен, Черторийск, Шеполь, Шумеск, Щекарев — всего 53 города.

Археологические данные имеются по 9 городам Владимиро Волынского княжества. В городе Белзе был возведен детинец (около 4 га) и укреплен окольный город (примерно 3 га). Общая площадь го рода составляла 7 га. Из таких же двух частей состояли укрепления Городно (Гродно): детинец 0,8 га, окольный город 4 га. В Дорогичине археологами исследовался детинец размером 0,6 га и посад размером около 3 га. Древний Дорогобуж занимал площадь в 3 га. Изяславль имел детинец площадью 0,63 га и окольный город размером около 3 га. Луцк занимал площадь в 7 га. Городище Пересопницы было размером в 4 га. Городище Сутиски — 3 га. Червен занимал площадь в 4 га.

Галич являлся столицей одноименного княжества, примыкавшего к Владимиро-Волынскому с юга. Территория Галичского княжества располагалась в бассейнах левых и правых притоков верхнего течения Днестра, охватывая степные пространства, лежавшие вниз по течению этой реки. В состав Галичского княжества входили также земли по верхнему течению рр. Прута и Сирета. Южная граница княжества ограничивалась отрогами Карпатских гор, западная пересекала нижние течения рр. Вислоки и Сана, правых притоков Вислы. Восточная граница была расплывчатой. В степях кочевали правобережные (по отношению к р. Днепру) половцы, которые считали степи своими.

В Галичском княжестве было немало городов. Кроме самого Галича, стоявшего на высоком мысу, образованном слиянием рр. Мозолевый поток и Луквы, правого притока Днестра, недалеко от устья последней, в княжестве были такие города, как Перемышль и Теребовль, столицы первых образованных в этом регионе во второй половине XI в. древнерусских княжеств, Звенигород, а также Бакота, Баня Родна, Барсуков Дел, Болшево, Быковен, Василев, Вишня, Голые Горы, Городок, Збыраж, Калиус, Коломыя, Любачев, Микулин, Моклеков, Онут, Печера Домамиря, Плав, Плеснеск, Санок, Синеволодьско, Телич, Тисмяница, Толмач, Удеч, Ушица, Щекотов, Ярославль — всего 32 города. Из этих городов (не считая Галича) в первой трети XIII в. княжескими резиденциями становились Звенигород, Перемышль и Теребовль, которые были таковыми и в ХI-ХII вв. Только в XIII столетии эти города становились местами пребывания князей не постоянно, а временно. Владевшие Галичем русские князья или венгерские королевичи сажали там князей — своих сателлитов на короткое время. В рассматриваемый период начинает упоминаться особая область Галичского княжества — Понизье. Так назывался регион, лежавший к юго-востоку от Галича, ниже по течению Днестра24. Князь Мстислав Мстиславович Удатный в 1227 г. даже поменял Галич на Понизье25. Причиной, видимо, была большая безопасность в военном отношении этой части Галичского княжества, приток туда населения из районов, подвергавшихся нападениям, и связанное с этим развитие хозяйства, в частности, добыча поваренной соли.

Из названных выше городов Галичского княжества 6 городов могут быть охарактеризованы на основании археологических исследований. Укрепления Василева защищали площадь в 1,43 га. Галич к 1237 г. расширился и стал занимать пространство в 45 га. Звенигород к тому времени занимал площадь в 25 га. В Перемышле площадь детинца и окольного города вместе составляла 8 га. В Плеснеске та же площадь составляла 4 га. Рвы и валы Теребовля защищали пространство в 2,8 га.

Перед нашествием монголо-татар в русских землях существовали еще два княжества: Туровское и Пинское. Первое из них возникло еще в конце Хв. Оно занимало сравнительно скромную территорию по среднему течению р. Припяти. Недалеко от правого берега этой реки стоял и стольный город княжества Туров, построенный на возвышенном мысе, образованном реками Яздой, Струменью и Домухой. Вторым городом княжества была Дубровица26. Туров принадлежал Киеву, и различные князья получали Туровское княжество из рук киевских князей. Но в 1157 г. при князе Юрии Ярославиче Туров стал независим от Киева. Под 1228 г. летопись сообщает об отдельном войске туровцев, судя по летописному тексту, под командованием своего князя27. Туровские князья упоминаются и в 70-х гг. XIII в.28 Это приводит к заключению о существовании самостоятельного Туровского княжества к моменту вторжения Батыя.

Туров исследовался археологами. Ими установлено, что туровский детинец имел размер примерно 1 га, а окольный город — около 1,5 га.

Пинск первоначально был частью Туровского княжества. Сам город был расположен у той же р. Припяти, что и Туров, только на ее левом берегу. И контролируемая Пинском территория лежала в бассейне этой реки, но выше по течению от туровской. К Пинску относился г. Небль, стоявший выше Пинска у правого берега р. Припяти.

Археологически изучался только Пинск. Было выяснено, что детинец Пинска занимал площадь в 2 га, а окольный город — в 4 га.

В XII в. князья туровские правили и в Пинске, но в XIII в. поло жение изменилось. Пиняне стали проводить собственную политику Эпизод с захватом пинянами в 1226 г. Черторыйска из состава завещанного князем Мстиславом Немым Даниилу Романовичу Пересоп ницкого княжества ясно свидетельствует о том, что пинские князья действовали совершенно самостоятельно от туровских князей. Об этом же говорит раздельное указание в летописи на войско пинян и на войско туровцев при описании событий 1228 г.29 Упоминание пинских князей после 1241 г.30 указывает на существование Пинского княжества и перед названным годом.

Таким образом, накануне Батыева нашествия на территории, за нятой преимущественно древнерусским населением, насчитывалось 19 крупных государственных образований, а если считать вместе с мелкими, то по меньшей мере 25. В них по письменным источникам насчитывалось в общей сложности 340 городов. 74 из них (21,8%) исследованы археологически. Из этих исследований вытекает, что в первой трети XIII в. население концентрировалось в тех городах, которые являлись в княжествах главными: Киеве (300 га), Чернигове (160 га), Владимире на Клязьме (145 га), Смоленске (100 га), Переяславле Южном (80 га), Полоцке (58 га), Рязани (53 га), Галиче (45 га). Другую группу городов составляли города, которые являлись или были центрами вассальных княжеств: Псков (150 га, но без окольного города значительно меньше), Суздаль (49 га), Переяславль Залесский (40 га), Пер еяславль Рязанский (более 37 га?), Новгород Северский (33 га), Белоозеро (30 га), Путивль (25 га).

Данные факты говорят о том, что в древней Руси городское население распределялось по пунктам, где концентрировались властные структуры, и уровень заселенности городов находился в определенной зависимости от ранга пребывавших в них властей. Последнее представляется вполне естественным, поскольку заселение городов регулировалось властью, заинтересованной в получении для себя продуктов различных ремесел и промыслов, а также услуг, а потому или насильно переводившей сельское население в крепости, или приглашавшей в города нужных ремесленников и мастеров. В городе также поселялось военное окружение князя, высшее и подотчетное ему духовенство.

Следует обратить внимание на то, что в список из 15 крупных городов попадают 4 города Северо-Восточной Руси, что косвенно может свидетельствовать об опережающем росте к 30-м гг. XIII в. населения в этом регионе.

Есть и третья группа достаточно крупных городов. Это киевский Белгород (97,5 га), Торческ (90 га), Городец Радилов (60 га), Городец Остерский (30 га), Воинь (27 га). Их географическое положение указывает на то, что это были большие пограничные крепости. Кроме Городца Радилова все они находились на юге Руси. Строительство там таких крупных крепостей свидетельствует о том, что хотя динамика роста народонаселения была выше на Северо-Востоке, основные людские ресурсы оставались на Юге. Об этом же говорят и данные о городах по княжествам. Из 340 городов 242 города (71,2%) относились к Киевскому, Черниговскому, Владимиро-Волынскому, Галичскому, Переяславскому (Южному) княжествам — всего 5 княжествам. Остальные 14 княжеств имели в своем составе 98 городов (28,8% общего числа). Это показатель того, что преобладающая часть древнерусского населения проживала в южных княжествах. Данное заключение согласуется с выводом А.В. Кузы, сделанным на основании картографирования 1306 древнерусских городищ домонгольского времени: 49% таких городищ, по подсчетам А.В. Кузы, располагались в бассейне Днепра31. И хотя верхнее и часть среднего течения Днепра — это территории Смоленского и Полоцкого княжеств, вряд ли приходится сомневаться в том, что большая часть городищ бассейна Днепра находилась в пределах южнорусских княжеств. Земли этих княжеств были освоены лучше и заселены плотнее, чем в средней и северной частях Восточно-Европейской равнины.

Что касается численности населения Руси к 1237 г., то тут приходится довольствоваться приблизительными цифрами, характеризующими количество городского населения. А.В. Куза на основании средних размеров дворов, вскрытых археологами в Новгороде и Киеве, предложил считать эталоном двор, занимавший площадь в 400 кв. м32. При последующих расчетах можно исходить из такого предложения. Во дворе должна была проживать одна семья. Число членов семьи некоторые исследователи определяют в 6 человек на основании свидетельств русских источников ХVI-ХVII вв. или в 4 человека по аналогии с данными, относящимися к городам Западной Европы. Но можно основываться и на показаниях ранних русских источников. Так, выборка из 100 русских князей, живших в XII в., состав семей которых точно известен, показала, что 2 князя имели по 15 сыновей и дочерей (каждый от двух браков), 1 князь — 14 детей, 3 — 9, 1 — 8, 4 — 7, 3 — 6, 3 — 5, 7 — 4, 13 — 3, 11 — 2, 15 — 1. 37 князей детей не имели. Таким образом, 100 князей-родителей (реальных и потенциальных) имели в общей сложности 244 ребенка. Следовательно, княжеская семья в среднем состояла из 4,4 человека33. Если данные о княжеских семьях перенести на семьи других социальных слоев древнерусского общества, то получится, что на 1 га городской территории в первой трети XIII в. должно было проживать 110 человек (на 1 га приходится 25 дворов по 400 кв. м, в каждом дворе в среднем 1 семья в 4,4 человека). Тогда в 6 археологически обследованных городах Рязанского княжества, размеры городищ которых известны, должно было проживать немногим менее 11600 человек. В остальных 8 городах — 2200 человек, принимая размер не обследованного археологически города в 2,5 га (такая цифра является средним показателем размеров городищ34). В целом, в рязанских городах должно было проживать около 14000 человек. В их число входили феодалы, их военное окружение, духовенство, ремесленники. К сожалению, древнерусские источники не дают сведений о соотношении городского и сельского населения. Если для Руси верно соотношение, выводимое для стран Западной Европы (население городов — это 2% всего населения), то тогда численность населения в Рязанском княжестве должна будет составлять около 700000 человек.

В Муроме по приведенным стандартам, без учета столичного положения этого города, должно было жить около 300 человек.

В шести археологически обследованных городах Владимирского княжества должно было проживать примерно 26000 человек, а в 6 необследованных — еще около 1650, всего почти 28000 человек.

Для городов Переяславского (Переяславля Залесского) княжества соответствующие цифры будут 5060 в 2 исследованных археологами городах и еще 1650 человек из 6 городов неисследованных — всего более 6700 жителей.

Для столичного Юрьева показатель такой же, как для Мурома — около 300 человек.

Таков же показатель и для Углича — около 300 человек.

Для городов Ростовского княжества показатели соответственно 3300 (Белоозеро) и 550 жителей — всего менее 4000 человек, хотя ясно, что древний Ростов имел площадь больше, чем 2,5 га.

В Ярославском княжестве соответствующие цифры — 330 и 275, т. е. более 600 человек.

В Новгородской земле археологически исследованы 6 городов. Их суммарная площадь — 382,5 га, хотя размеры Пскова и особенно Русы относятся скорее к XV в, а не к первой трети XIII в. Зато площадь Новгорода в первой трети XIII в. была явно больше, чем в Х-ХI вв. По формальным данным в этих 6 новгородских городах проживало более 42000 человек. В остальных 8 — еще 2200, всего около 44500 человек.

В Смоленском княжестве в археологически обследованных городах должно было проживать, согласно предлагаемым расчетам, немногим более 11500 жителей, причем в самом Смоленске — 11000. В остальных 15 археологически не изученных смоленских городах — более 4000, а в сумме — более 15500 человек. Очевидно, население столичного Смоленска превышало население остальных городов княжества, взятых вместе.

В Витебском княжестве в его столице Витебске должно было проживать несколько более 1200 жителей.

В Полоцком княжестве в 5 археологически известных городах должно было проживать немногим более 9000 жителей, а в остальных 12 городах — 3300 жителей, всего 12300 человек.

В Черниговском княжестве 9 археологически исследованных городов имели суммарную площадь в 239,36 га. Здесь могли проживать почти 26300 жителей. В остальных 51 археологически не изученных городах Черниговского княжества должны были проживать еще 14025 человек — всего 40325 жителей.

В Переяславском (Переяславля Южного) княжестве 3 известных по археологическим исследованиям города занимали суммарную территорию в 137,4 га. В них должны были проживать менее 15000 жителей. В остальных 16 городах княжества — еще 4400 человек, всего примерно 19000 жителей.

В Киевском княжестве 12 археологически известных города вместе занимали площадь в 545,2 га. Следовательно, в них могли проживать немногим менее 60000 человек, причем в Киеве — 33000 человек. В остальных 66 городах Киевского княжества могли жить еще около 18000 жителей — всего примерно 78000 человек.

Во Владимиро-Волынском княжестве археологически изучены 9 городов. Вместе они занимали площадь в 40 га. Там могло проживать 4400 человек. В остальных 44 городах княжества — еще примерно 12000 человек, всего около 16400 жителей.

В Галичском княжестве общая площадь 6 изученных археологически городов составляла 86,23 га. В этих городах могло проживать немногим менее 9500 человек. В остальных 26 галичских городах жили более 7000 жителей — всего 16500 человек.

В Туровском и в Пинском княжествах было по два города. Стольные города Туров и Пинск исследовались археологами. Принимая во внимание размер их площадей, можно считать, что в Туровском княжестве было 275 и 275 горожан — всего 550, а в Пинском княжестве — соответственно 660 и 275 городских жителей, в целом около 950 человек.

Всего в русских землях ко времени Батыева нашествия согласно предложенной методике расчета проживало около 300000 (298475) городских жителей. Если городское население Древней Руси составляло 2% от сельского, то все население Руси первой трети XIII в. должно исчисляться примерно в 15 млн человек. Если процент был выше, а в число горожан приходится зачислять и представителей княжеской администрации, и воинов, и духовенство, и княжескую и боярскую обслугу, то при 3% таких городских жителей население Руси составит 10 млн человек, при 4% — 7,5 млн, при 5% — 6 млн человек. Однако по древнерусским источникам точное соотношение между горожанами и сельчанами установить не удается, и предложенные вычисления лишь демонстрируют примерно-относительные цифры населения русских княжеств в конце 30-х гг. XIII в.

1 Куза А.В. Древнерусские поселения // Древняя Русь. Город, замок, село. М., 1985. С. 46.

2 Там же. С. 63.

3 Куза А.В. Малые города Древней

4 Куза А.В. Древнерусские городища Х-ХIII вв. М., 1996. С. 146. № 736; Он же. Малые города Древней Руси. С. 59, карта, № 26. На с. 50 дано название пункта № 26.

5 Насонов А.Н. «Русская земля» и образование территории Древнерусского государства. М., 1951. С. 215.

6 Кучкин В.А. Формирование государственной территории Северо-Восточной Руси в X — XIV вв. М., 1984. С. 100-103.

7 Кучкин В.А. Там же. С. 100.

8 Насонов А.Н. «Русская земля»… С. 99-102, 104-109. Ко второй половине XIII в. новгородская территория достигла на востоке р. Печеры и земель югры. См.: Янин В.Л. У истоков новгородской государственности. Великий Новгород., 2001. С. 65-67.

9 Насонов А.Н. «Русская земля»… С. 159-172 и карта после с. 160; Алексеев Л.В. Смоленская земля в IХ-ХIII вв. М., 1980. С. 155-186.

10 ПСРА. Т. XVIII. СПб., 1913. С. 46.

11 ПСРЛ. Т. XXV. М.; Д., 1949. С. 108.

12 НПЛ. С. 79.

13 Алексеев Л.В. Полоцкая земля. М., 1966. С. 133-184.

14 На Минск, где правил Ростислав Глебович, ходил войной в 1161 г. князь

Рогволод Полоцкий. См.: ПСРЛ. Т. II. СПб., 1908. Стб. 512.

15 Под 1196г. упоминается князь Борис Друцкий. См.: ПСРА. Т.П. Стб. 692, под 6703 г. О дате см.: Бережков Н.Г. Хронология русского летописания. М. 1963. С. 207.

16 Алексеев А.В. Полоцкая земля. С. 284-285.

17 В 1195 г. киевский князь призывал черниговских Ольговичей признавать Днепр границей между их владениями и владениями Мономаховичей, «како насъ роздълилъ дъдъ нашь Ярославъ по Дънъпръ». Ольговичи, видимо, соглашались с тем, что Днепр может быть границей, но не соглашались с тем, что они не могут княжить в Киеве. См.: ПСРА. Т. II. Стб. 688-689. Исследователь исторической географии Черниговского княжества А.К. Зайцев считает, что его территория заходила и на правобережную сторону Днепра и включала такие города, как Рогачев, Речица, дреговичские Случеск и Клеческ. См.: Зайцев А.К. Черниговское княжество // Древнерусские княжества Х-ХIII вв. М., 1975. С. 104-108 и карта-вклейка между С. 80 и 81. Однако ясных свидетельств о принадлежности этих городов Черниговскому княжеству нет. Города обозначались как черниговские потому, что принадлежали черниговским князьям, когда те правили в Киеве.

18 Зайцев А.К. Черниговское княжество. С. 76-116.

19 ПСРЛ. Т. II. Стб. 782. В Лаврентьевской летописи Мстислав назван Рыльским. См.: Там же. Т. I. Л., 1926-1928. Стб. 470.

20 Там же. Т. II. Стб. 780.

21 Там же. Т. I. Стб. 448.

22 Кучера М.П. Переяславское княжество// Древнерусские княжества Х-ХIII вв. М., 1975. С. 123 (карта), 137-142.

23 ПСРЛ. Т. I. Стб. 418, 419; 426; 429, Т. И. Стб. 766.

24 Там же. Т. II. Стб. 750,752,758.

25 Там же. Стб. 750.

26 Етимологічний словник літописних географічних назв Південної Русі. Киів. 1985. С. 53.

27 ПСРЛ Т.II.Стб. 753.

28 Там же. Стб. 872.

29 Там же. Стб. 753.

30 Там же. Стб. 872.

31 Куза А.В. Древнерусские городища Х-ХIII вв. Свод археологических

памятников. М., 1996. С. 17. Табл. 1.

32 Куза А.В. Древнерусские поселения… С. 65.

33 При исключении бездетныхкняжеских семей количество детей в одной семье возрастает до 3,34 ребенка на семью.

34 Куза А.В. Малые города Древней Руси… С. 41, диаграмма.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.