wpthemepostegraund

Менделеев и нефть

биография  
19 век  

Мы уже писали о роли великого русского учёного Дмитрия Ивановича Менделеева в развитии воздухоплавания. Теперь предлагаем вам ознакомиться с его ролью в развитии нефтяной индустрии в России. Текст взят из книги А. Иголкина и Ю. Горжалцан «Русская нефть, о которой мы так мало знаем».



Правительству что нефть, что водка

Менделеев первым подробно изучил все преграды, тормозившие добычу и переработку отечественной нефти. Он же организовал и возглавил общественное мнение против этих заслонов. Напомним, в 1872 году правительство было вынуждено отменить в нефтяной добыче систему откупов.

Нефтяная отрасль тут же совершила заметный рывок: если за все 40 «откупных» лет в Бакинском районе было добыто лишь 7,4 миллиона пудов нефти, то за следующие 13 лет — уже 458,7 миллиона пудов. Начала совершенствоваться и нефтяная техника. Вместо колодцев стали бурить нефтяные скважины. Тем не менее бурение велось вслепую, без геологических данных, превращаясь в своего рода лотерею. Менделеев указывал властям и предпринимателям, что разработка должна вестись на основе научных данных. «Без светоча науки и с нефтью будут потемки» — это его выражение актуально и сегодня.

Первыми услышали Менделеева нефтедобытчики. Именно в России, на предприятии братьев Нобелей, была введена совершенно новая должность геолога-нефтяника. Менделеев не прекращал борьбу и с закоснелой российской налоговой системой. Так, он настаивал, что с отменой откупа не следует вводить акциз на керосин. Дело в том, что при огромных нефтяных богатствах керосин в стране был тогда очень дорог. Недальновидное правительство не прислушалось к этим трезвым доводам. Акциз на керосин был все-таки введен. По закону 1872 года он напрямую зависел от… величины емкости нефтеперегонных кубов. Почему правительство пошло столь абсурдным путем? Ведь, казалось бы, рациональнее облагать налогом объем сырой нефти, отправленной на перегонку. Оказывается, взимать «керосиновый налог» именно с кубов для самого правительства было технически проще. Ведь у властей уже имелся девятилетний опыт сбора подобного налога с производства… водки!

Чаны и мешалки строящегося нефтеперерабатывающего завода. Баку, 1888 г.

Вводя акциз, казна рассчитывала получать большие доходы от производства керосина, не задумываясь о последствиях «новшества». А они не замедлили сказаться. По замечанию С. М. Лисичкина, пагубное влияние нового акциза проявилось с первых же дней. Налог-то брали поденно, с объема кубов, поэтому на заводах через эти объемы стали перегонять ежедневно как можно больше нефти, вынужденно сокращая время перегонки. Из-за ускоренной перегонки пошел керосин плохого качества.

Дикость нового налога оказалась столь вопиющей, что вскоре против него выступили не только инженеры и нефтезаводчики, но даже некоторые царские сановники. Д. И. Менделеев возглавил борьбу за отмену акциза. В октябре 1876 года он представил министру финансов докладную записку, в которой указывал, что этот налог лишает отечественный керосин возможности конкурировать с американским. Ученый доказывал свою правоту не только как химик-нефтяник, но и как образованный экономист. «При перегонке, — пишет он, — на пуд керосина требовалось затратить нефти на 10-20 копеек, а акциз стоил 15 копеек».

Нефтепромыслы. Черный город близ Баку

Но фискальные умы продолжали изощряться, облагая налогом вторичную переработку мазута на смазочные масла и т. п. И керосинозаводчики тоже изощрялись — в способах обходить акциз: керосин мешали с гудроном до состояния смеси, не подлежащей обложению налогом, затем получатель смеси отстаивал ее или фильтровал. Менделеев разъяснял, что вся налоговая тяжесть в конечном счете ложилась на потребителя. Хищнические налоги способствовали настоящему истреблению ценного сырья. Из-за сокращения времени нефтеперегонки большая часть легких фракций оставалась в мазуте. Качество керосина резко ухудшалось, он плохо горел. Закончив перегонку, на заводах сливали остатки, пренебрегая охлаждением, а новое сырье тут же загружали в горячие кубы. Поэтому пожары стали обычным явлением. Вопреки ожиданиям, как это ни парадоксально, правительство не стало получать больше налогов. Так, в 1873 году в Баку было выработано 833 тысячи пудов керосина и выплачено акциза 204 тысячи рублей. Следовательно, на пуд керосина приходилось 24,5 копейки налога. После введения акциза, по тем же подсчетам, в 1877 году на пуд керосина приходилось только 8,1 налоговых копейки. Правительство России с акцизного налога на керосин имело доход 300 тысяч рублей в год, но стояло на своем. «Мое личное мнение идет против всякого налога не только на нефть, но и на керосин, какой бы он ни был. Налог стесняет промышленность, потому что добыватель и фабрикант обращают его на потребителя, и потребление уменьшается. Во всяком случае от налога получится для промышленности, столь обещающей, стеснение и вместо развития — остановка», — писал Менделеев в своем «Учении о промышленности».

Просуществовав пять лет, акцизный налог на керосин в 1877 году был отменен.

«Бакинской нефти достанет на весь свет…»

В 80-х годах XIX столетия резко возрос спрос на керосин. Керосиновый бизнес стал приносить огромные барыши. Естественно, между основными «керосинщиками» — российскими и американскими — встал вопрос о разделе мирового рынка переработки нефти. И одновременно с этим, вдруг поднялся шум о скором истощении бакинских нефтяных источников. Действительно, если залежи нефти в Баку на исходе, то зачем инвестировать в нефтедобычу на территории России, строить нефтеперерабатывающие заводы и развивать соответствующую инфраструктуру? С таким заявлениями летом 1889 года практически одновременно выступил целы ряд влиятельных западных газет.

Менделеев же по этому поводу писал: «Возбуждение слухов о наступлении истощения основано частью на полном незнакомстве с явлениями нефтяного истощения, хорошо изученными в Пенсильвании, а частью — на игре интриги, распускающей слухи для своих целей». Ученый знал, о чем говорил. Еще в 1877 году в России вышла в свет его книга «Нефтяная промышленность в Североамериканском штате Пенсильвания и на Кавказе», в основу которой был положен опыт практического исследования обои месторождений.

«Мне не известно ни одного признака начала истощения нефти в эксплуатируемых окрестностях Баку и мне известны давние, дышащие интригою страхи близкого наступления истощения этих мест… Бакинской нефти достанет на весь свет», — писал Менделеев. Позже он будет горячо доказывать, что Россия и помимо Баку располагает богатейшими нефтяными месторождениями. Тогда уже было известно о залежах нефти в Поволжье и Средней Азии, в районе Перми, на Кубани, в Ухте и других местах, но до разработок было ещё далеко. Почему? Кроме консервативности и неповоротливости властей причиной тому было мощное лобби иностранных конкурентов. Менделеев не только протестовал против такого рода идей, но и обосновывал свою позицию. В книге «К познанию России» он писал: «Необходимо покровительствовать всеми способами возникновению нефтяной промышленности не только во многих местностях Кавказа, где есть нефть, но и в других местностях России, где она, несомненно, имеется в большом изобилии».

Вид холодильников. Баку, 1882 г.

«Чтобы завод работал с барышом»

Керосин получают перегонкой нефти, для нас сегодня — это общеизвестна истина. Но, оказывается, еще полтора века тому назад велись ученые споры о том, какое сырье является наилучшим для производства фотогена, как тогда называли керосин. Дело в том, что нефтепереработка еще нуждалась в серьезной научной базе. Именно Менделеев поставил на научную основу работу первых русских нефтеперерабатывающих заводов. В конце 50-х годов XIX века барон Торнау предложил фабрикантам Губонину и Кокореву создать в Баку завод по производству фотогена. Получив согласие, Торнау пригласил известного немецкого химика Юстуса Либиха разработать технологию и выполнить заводской проект, который представлял бы собой завод для получения фотогена… «из твердых горючих ископаемых». Либих в качестве сырья использовал кир, то есть пропитанные нефтью затвердевшие апшеронские пески, лежащие на поверхности земли. Аппаратуру привезли из Германии. Завод был сдан в эксплуатацию в 1861 году. К сожалению, выход производимого на нем керосина был ничтожно мал. Производство приносило одни убытки. Кокорев и Губонин решили закрыть несчастное предприятие, влачившее жалкое существование, но прежде oбратились к химику Московского университета В. Е. Эйхлеру. Приехав в Баку, тот посоветовал выбросить импортную аппаратуру, отказаться от кира — перевести завод на переработку нефти. Кокорев так и сделал, и вскоре новое производство стало рентабельным. Поверив в науку, предприниматель приглашает в Баку самого Менделеева. Изучив на месте обстановку, он да Кокореву ценные советы, «с тем чтобы завод работал с барышом». Советы эти и в самом деле настолько ценные, что мы их выделяем особо:

1. Устроить от нефтяных колодцев к заводу и от завода к морю — на расстоянии всего верст в 30 — особые трубы для проведения нефти как на завод, так и на морские суда, в которые керосин и нефть должны поступать наливом, то есть в особые резервуары кораблей.

2. Учредить перевозку нефти по Каспийскому морю до Волжского перевала на шхунах с особыми резервуарами, а от Волжского перевала до Нижнего в баржах, где нефть должна помещаться наливом.

3. Устроить около Нижнего большой завод для переработки сырой нефти на разные продукты… затем, что в Центральной России можно найти хороший сбыт не только керосину, но и всяким другим нефтяным продуктам.

Кроме того, для увеличения производительности завода Менделеев рекомендовал ввести процесс непрерывной перегонки нефти. Действительно, результат получился весьма эффективным. Издержки производства резко сократились, завод стал работать более прибыльно. Но главное, уже тогда ученый определил на научной основе комплексную модель нефтеперерабатывающего завода со всей его инфраструктурой. Эта модель остается неизменной и по сей день.

«Где строить нефтеперерабатывающие заводы?»

В то время переработка нефти была сосредоточена главным образом в местах добычи нефти — в Баку и Грозном. В самые лучшие годы нефтеперегонные заводы, расположенные за пределами Кавказа, давали лишь четыре процента производства керосина в России. Между тем основными потребителями готовых нефтепродуктов были районы, удаленные от места перегонки на огромные расстояния. На долю только четырех центральных губерний России — Московской, Владимирской, Петербургской и Саратовской — в 1900 году приходилось около 60 процентов общего потребления нефтепродуктов в стране.

Вид трехтопочного куба. Баку, 1887 г.

Сегодня целесообразность сооружения заводов в районах активного спроса их продукции очевидна, но в начале XX века это положение еще надо было отстаивать. «Наибольшее развитие промышленности достигается при возможном сближении производителей с потребителями, а потому заводы должны быть близ центров потребления, а не в центрах добычи сырого материала» — таков был общий тезис Менделеева. Все свои доводы он подкреплял обстоятельными экономическими расчетами. Одобряя инициативы отдельных предпринимателей, Менделеев отрицательно оценивал роль монополий в нефтяном деле, отстаивая свободу конкуренции: «Монополист не гарантирует ни благоразумного способа действия, ни успеха в сбыте нашей нефти за границей».

Наиболее полно Менделеев изложил принципы рационального размещения НПЗ в известной работе «Где строить нефтеперерабатывающие заводы?»: «Ныне пришла настоящая пора устраивать заводы в Центральной России. Внутренние русские заводы будут давать и разнообразнейшие вещества и торговлю поведут правильную. А барыши все же станут иметь хорошие, потому и будут в силах завести обширную заграничную торговлю нашими нефтяными товарами».

Также рекомендуем прочитать: Создание первого в мире нефтеналивного флота братьями Артемьевыми, Добыча нефти на Ухте в 18 веке.



Любите животных и хотите больше знать о них? На сайте aniplanet.ru вы найдёте фотографии животных, статьи и другую интересную информацию о разных видах животных.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.