wpthemepostegraund

Джон Стейнбек. Русский дневник. Рецензия и фотографии

рецензия  
20 век  

Предлагаем вам рецензию ЖЖ-юзера holit-i-leleyat на книгу Джона Стейнбека «Русский дневник» и фотографии СССР 1947 года, которые были сделаны фотографом Робертом Капой во время путешествия с Дж. Стейнбеком по СССР по маршруту Москва – Сталинград – Украина – Грузия.

У каждой книги существует своя судьба – счастливая, трудная, великая… Безвестная.

Мысль моя не новая, но в отношении «Русского дневника» Стейнбека ничего иного на ум не приходит — судьба этой книги-репортажа непростая и даже сегодня не перестаёт вызывать удивление. «Русский дневник» вышел в свет в США 1948 году, после поездки Джона Стейнбека и фотографа Роберта Капы в Советский Союз, и особой популярности на родине писателя не снискал — в период «холодной войны» книга показалась американцам просоветской.

В Советском Союзе, при том что творческая репутация Стейнбека-прозаика никогда ни в коей мере не умалялась, «Русский дневник» в то время вообще не стали издавать, посчитав его антисоветским. И только в 1990 году, спустя двадцать два года после смерти писателя, издательство «Мысль» сочло возможным опубликовать эту книгу — ну, как же, перестройка, гласность — и немалым тиражом сто тысяч экземпляров — очень хорошо, ибо следов последующих переизданий «Русского Дневника» я не обнаружила. 

Идея книги-репортажа родилась в баре отеля «Бедфорд» в Нью-Йорке, где Стейнбек и Капа обсуждали «что может в этом мире сделать честный, свободомыслящий человек».

Ежедневно в газетах появляются тысячи слов о России. О чём думает Сталин, что планирует русский генштаб, где дислоцированы русские войска, как идут эксперименты с атомной бомбой и управляемыми ракетами, и всё это пишут люди, которые в России не были, а их источники информации далеко не безупречны. И нам вдруг пришло в голову, что в России есть много такого, о чём вообще не пишут, и именно это интересовало нас больше всего. Что там люди носят? Что у них на ужин? Бывают ли там вечеринки? Что они едят? Как русские любят, как умирают? О чём они говорят? Танцуют, поют, играют ли они? Ходят ли их дети в школу? Нам показалось, что было бы неплохо выяснить это и написать обо всём этом».

Идея писателя нашла поддержку у издателей и воплотилась летом 1947 года в поездку по Союзу: Москва – Сталинград – Украина – Грузия.

Присуждая в 1962 году Стейнбеку Нобелевскую премию за «реалистический и поэтический дар, сочетающийся с мягким юмором и острым социальным видением», Нобелевский комитет удивительно верно сформулировал направленность творчества писателя, и это определение как нельзя более точно характеризует, в том числе, и «Русский дневник». Сегодня, глядя из 21 века глазами Стейнбека на послевоенный Советский Союз я сожалею, что содержание «Русского дневника» не удовлетворило ни одну из враждующих сторон. При этом даже в большей степени понимаю американцев – к русским Стейнбек на страницах дневника относится с симпатией и дружелюбием, не замечая (или стараясь не замечать?) «потёмкинских деревень», которые понастроила вокруг заокеанских гостей принимающая сторона.

Позиция СССР тоже достаточно правильна для того времени. Стейнбек оказался непредвзятым свидетелем и, в силу своей независимости, неудобным советской идеологии. Дело в том, что Стейнбек позволил себе не только критику советской бюрократии, подозрительности и неспособности русских пропагандировать в положительном аспекте собственный образ жизни, но и ироничное отношение к культу Ленина.

И вместе с тем, «Русский дневник» наполнен живыми, точными наблюдениями, уважением к подвигу советского народа, восстанавливающего из руин разрушенную страну, пронизан добродушным юмором. В любом случае Стейнбек не выходит за рамки, очерченные им ещё до отъезда в СССР. «Мы условились о следующем: не лезть на рожон и постараться, с одной стороны, не очень хвалить русских, с другой – не слишком их критиковать. Это будет просто честный репортаж: без комментариев, без выводов о том, что мы недостаточно хорошо знаем, и без раздражения на бюрократические препоны. Мы знали, что будет много такого, чего нам не понять, что нам не понравится, и что будет много неудобств. Так происходит всегда в любой чужой стране. Но мы решили, что если и будем что-нибудь критиковать, то лишь после того, как сами это увидим, а не до того».

Не меньшего внимания заслуживает и предисловие к книге, написанное Леонидом Жуховицким, которое сегодня уже тоже можно рассматривать как документ ушедшей эпохи, несущий, с одной стороны — извинения тем читателям, у кого «Русский дневник» мог вызвать читательское сопротивление, а с другой – совмещающий два взгляда на послевоенную эпоху: один — американского писателя, второй – советского публициста, стоящего на пороге распада СССР.

И конечно, говоря о «Русском дневнике» невозможно обойти молчанием спутника Стейнбека – Роберта Капу. Снимки сделанные во время поездки легендарным фотографом не вошли ни в американское издание, ни, тем более, в советское. Но зато в «Русский дневник» вошла целая глава, написанная фотографом, а часть его фотографий — в знаменитую выставку Эдварда Стейхена «Род человеческий», которую увидели миллионы людей в разных странах мира.

«Сейчас поздняя ночь, и я сижу посреди ужасно мрачного гостиничного номера, окруженный ста девяноста миллионами русских, четырьмя фотокамерами и парой дюжин проявленных, но больше непроявленных плёнок, а также одним спящим Стейнбеком, и счастливым я себя совсем не чувствую. Сто девяносто миллионов русских против меня. У них нет стихийных митингов на улицах, они не занимаются свободной любовью, они не любят ничего нового, они очень правоверны, высоконравственны и трудолюбивы, а для фотографа это так же скучно, как снимать яблочный пирог. Ещё им нравится русский образ жизни и не нравится фотографироваться. Все мои четыре фотокамеры, привыкшие к войнам и революциям, испытывают чувство отвращения, и каждый раз, когда я щёлкаю ими, с ними обязательно что-нибудь происходит. И ещё вместо одного Стейнбека у меня их целых три».

Интернет значительно облегчил возможность поиска информации и сейчас, к своей радости, я могу сделать то, о чем не могли и мечтать многие читатели в 90-х годах прошлого века — дополнить «Русский дневник» Джона Стейнбека некоторыми фотографиями, сделанными Робертом Капой во время поездки по Советскому Союзу.

1. Стейнбек перед зеркалом. Москва, 1947г.

2. Сталинград

3. Украинская жница

4. Показ мод в Москве, 1947г.

5. Украина, 1947г.

Остальные фотографии смотрите в заметке СССР 1947 года. Фотографии из книги Дж. Стейнбека «Русский дневник».

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.