wpthemepostegraund

Дети-рабочие в СССР во время войны

20 век  
война  
образование  

Для организации труда подростков еще до начала Великой Отечественной в СССР было создано Главное управление трудовых резервов. Оно занималось мобилизацией детей и распределением их по ремесленным и фабрично-заводским училищам. Чтобы обеспечить наполняемость, ввели плату за обучение школьников в старших классах. Тем, у кого денег на учебу не хватало, приходилось идти в «ремеслуху» и пополнять ряды рабочего класса.

В войну детей стали призывать на предприятия, как взрослых в армию. На пермском моторостроительном заводе N 19 им. Сталина, выпускавшем авиадвигатели, в то время трудилось около восьми тысяч подростков. Большинству было 14 — 16 лет, хотя встречались и младше: на вспомогательные работы брали уже с 11 лет.

Новости СМИ2

1943 год. Пермь. 12-летний фрезеровщик. Фото: ИТАР-ТАСС

— Отца и старших братьев забрали на фронт. Мы с мамой остались в деревне Орлово Вологодской области. В 1943 году мне принесли повестку на трудовой фронт — в Пермь, — вспоминает Иван Шилов, мобилизованный на завод в 14 лет. — Мама плакала: «Куда тебя, такого маленького, забирают?» Но спорить не стала: уложила в сумку две пары белья, кружку, ложку, три пары лаптей да мешок сухарей — вот и вся амуниция. Снова я увидел маму лишь после войны, в 1946 году. Она сразу руками всплеснула: «Что же ты, сынок, с тех пор так и не вырос?»

Брезентовые ботинки

Детей в Пермь привозили эшелонами, в основном из Вологодской, Ивановской и Ленинградской областей. Трудиться им, несмотря на возраст, приходилось как взрослым. Тот же Иван Шилов однажды работал 29 часов подряд. За это его наградили сутками отдыха и «коммерческим» обедом, куда входили суп, пшенная каша, чай и двести граммов хлеба. Обычно на заводе кормили пустой баландой, потому таким поощрением паренек был очень доволен.

С одеждой положение было не лучше. Приехавшим издалека детям не к кому было обратиться за помощью. Изнашивали то, что привезли из дома.

— В 1943 году меня из Вологодской области привезли в Пермь, на авиазавод, — рассказывает Александра Беляева, в мирное время ставшая депутатом пермского горсовета. — Работала токарем. Часто даже не уходила домой из цеха — ночевала прямо на заводе: в кочегарках, в туалете на ящиках. Помню, ботинки у меня были брезентовые, на деревянной подошве. За хорошую работу получила нормальную обувь и материал на платье. Вот радости было…

Руководство завода понимало, что рабочих, особенно детей, надо поддерживать. Потому прямо на предприятии начали шить одежду, катать валенки. И то, и другое потом распределяли среди нуждающихся.

Передовики поневоле

— Работали мы по 12-16 часов в день. В цехах было очень холодно, потому ходили все время в телогрейках, — вспоминает Анна Титова.

Из-за тяжелых условий труда многие взрослые не выдерживали напряжения и сбегали. Еще до войны правительство СССР приняло решение о закреплении рабочих за предприятиями, и за «самоволку» беглецов наказывали. В 1941 году из тогдашних 12 тысяч рабочих пермского моторостроительного завода четыре тысячи были осуждены за дезертирство, прогулы и опоздания. Амнистию им объявили только в 1945 году. На производстве в военное время работали и заключенные. Их водили на завод под конвоем по центральной улице Перми. Но толку от таких «специалистов» было немного. Народ отчаянный, никого особо не боялся и работой себя не перетруждал.

От подростков польза тоже была невеликая, правда, по другой причине. Они не имели профессиональных навыков, могли выполнять только черновую работу. Многие были хилыми и слабыми — дети все-таки, да и война — не мать родная, не пожируешь. Некоторые заводские начальники таких малосильных работников гнали прочь: какой прок, если один только вал весит аж 160 килограммов и подростки, даже поднатужившись, все равно не могут его поднять? Но, кроме них, работать было некому.

Согласно закону дети, которым еще не исполнилось 16 лет, должны были трудиться не больше шести часов в сутки. На заводе даже выпустили приказ по этому поводу. Директор Анатолий Солдатов лично предупредил начальников цехов и напомнил, что нельзя привлекать подростков к сверхурочным и ночным работам. В приказе также говорилось, что малолетние работники имели право на один выходной в неделю и на ежегодный отпуск на 12 суток.

Однако приказ приказом, а авиадвигатели были нужны фронту как воздух. К тому же при эвакуации промышленных предприятий в 1941 году получилось так, что пермский завод долгое время оставался единственным в СССР, выпускавшим моторы для истребителей. Кроме того, здесь производили пистолеты-пулеметы Шпагина, минные взрыватели и запалы для реактивных снарядов минометов «Катюша». Ясно, что Ставка Верховного Главнокомандования требовала от пермяков как можно больше боеприпасов и авиадвигателей. Вопросы соблюдения трудового законодательства при этом отходили на второй план.

Сладкая награда

Для увеличения фотографии кликните по ней, а потом по крестику в правом нижнем углу.

Зато юных передовиков директор завода приглашал к себе. Первый раз это произошло 14 ноября 1944 года. В кабинет строгого руководителя, робея, вошли 52 подростка. Мальчишки и девочки по такому случаю были умытые, причесанные, в почищенной одежде.

Анатолий Солдатов, генерал-майор инженерно-технической службы, усадил их за широкий полированный стол. Произнес речь, угостил чаем и вручил каждому из приглашенных по паре валенок, а в придачу по большой банке фруктовых консервов — варенья, проще говоря.

В декабре директор собрал у себя еще 95 подростков, перевыполнявших план на 120-150 процентов. Среди них были слесари, токари, контролеры, электрики… Всех также премировали банками варенья.

К сожалению, сейчас в живых уже не осталось никого из тех, кто получил сладкую премию. Но их воспоминания живут в письмах, хранящихся ныне в заводском музее. Вот одно из них — от бывшего рабочего Александра Аксенова:

«Я был во фронтовой бригаде, и в один из дней мне удалось выполнить норму на 570 процентов, — пишет он. — В заводской газете появилась публикация: «Отец-фронтовик может гордиться таким сыном, как Саша Аксенов». Я был очень рад и послал бате заметку на фронт, чем очень обрадовал не только его, но и командиров — от них даже получил очень теплое письмо. Спустя несколько дней после моего трудового успеха и заметки в газете мы с ребятами выходили из цеха, а навстречу группа людей — начальство, судя по виду. С ними — генерал Солдатов. Кто-то из пацанов громко позвал меня: «Аксенов! Иди на генерала смотреть!» Тот услышал и громко сказал: «А я как раз иду на Аксенова смотреть». Солдатов меня расцеловал, а после этого отдал команду накормить нас в столовой. Для таких вечно голодных пацанов, как мы, это было не лишним».

Дословно

Из указа президиума Верховного Совета СССР от 02.10.1940 г.:

«7. Предоставить право Совету народных комиссаров СССР ежегодно призывать (мобилизовывать) от 800 тысяч до 1 млн человек городской и колхозной молодежи мужского пола в возрасте 14-15 лет для обучения в ремесленных и железнодорожных училищах, в возрасте 16-17 лет для обучения в школах фабрично-заводского обучения.

10. Установить, что все окончившие ремесленные, железнодорожные училища и школы фабрично-заводского обучения считаются мобилизованными и обязаны проработать 4 года подряд на государственных предприятиях по указанию Главного управления трудовых резервов при СНК СССР с обеспечением им зарплаты по месту работы на общих основаниях».

Из приказа N 433 от 02.12.1944 г. «О премировании вновь принятых на завод рабочих»:

«Следуя примеру молодых рабочих, отмеченных в приказе по заводу за N 415 от 14.11. 1944 года, вновь принятые молодые рабочие показывают примеры стахановской работы. За систематическое перевыполнение сменно-суточных заданий на 120-150 процентов объявить благодарность с занесением в трудовую книжку и премировать подарками (по одной паре валенок и по одной банке консервированных фруктов)».

Справка «РГ»

За годы войны пермский ордена Ленина моторостроительный завод N 19 им. Сталина выпустил 32 000 авиамоторов. Они устанавливались на истребители Ла-5ФН и Ла-7. За отличную работу в 1943 году предприятие было награждено Знаменем Государственного Комитета Обороны, которое заводу оставили на вечное хранение.

Фотодокумент

Юрий Гейко, журналист, материал которого о труде детей в Перми в свое время вызвал немалый общественный резонанс:

«В 1983 году я работал в «Комсомольской правде» и летал в Пермь по заданию редакции. Еще были живы многие, сидящие за этим столом. Нина Котлячкова (Федоссева) рассказывала:

— Где бы мы тогда купили такое богатство? Содержимое банок съедалось в юнгородке, делили на всех. Каждому пришлось всего по нескольку ложек. Но даже с них мы были, как пьяные.

Все, с кем мне довелось встретиться, вспоминали, что варенье было очень сладкое. Но я выяснил, что это было не варенье, а американский компот — кислый и совсем без сахара. Но переубедить их, детей военного времени, маленьких рабочих Победы, было невозможно.

Да и нужно ли?

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.