wpthemepostegraund

Белорусские националисты готовятся к новой антироссийской кампании

Эту тeндeнцию бeлoрусскиe oппoзициoнeры стaрaются сoxрaнить и сeйчaс. Симвoлoм для бeлoрусскиx нaциoнaлистoв битвa пoд Oршeй стaлa с кoнцa 1980-x гoдoв, a в 1992 г., вo врeмя  вакханалии суверенитетов советских республик, белорусские офицеры принимали присягу в очередной юбилей битвы под Оршей. Создана идеологема «огромного геополитического значения» победы литовско-польского войска под Оршей, предотвратившей якобы раздел Восточной Европы «сатрапами» той эпохи – Московским княжеством и Тевтонским орденом. 
 А ведь, казалось бы, давно уже надо было сделать практические выводы из того, что любое мало-мальски заметное событие исторического прошлого, которое можно попытаться истолковать в антироссийском ключе, обязательно будет поднято в Польше  на щит информационной войны, раздуто, оснащено русофобскими клише и лженаучными формулировками. Таким же образом будет использована и 500-летняя годовщина сражения под Оршей, которую станут отмечать  в сентябре 2014 года. Отчасти это попытка примерить лавры Польши, позиционирующей себя бруствером европейской цивилизации на пути московских захватчиков. Обеим этим восточнославянским республикам предлагается стереотипная роль «сдерживания» России и спасителя Европы от «московской агрессии». Придать историческую значимость сражению под Оршей значит придать весомость идее белорусской независимости в трактовке прозападной оппозиции. Ситуация с годовщиной сражения под Оршей зеркально напоминает ситуацию вокруг юбилеев вторжения наполеоновских войск в Россию в 1812 году, польских восстаний 1830  и 1863 годов, Польского похода Красной армии в 1939 году. Россия  отвечала, но, как правило, с опозданием, в порядке ответной реакции. В Польше существует даже термин «оршанская пропаганда». Голоса польских пропагандистов, специализирующихся на истории «кресов всходних», всякий раз в этих случаях сливались в однообразный антироссийский хор, а белорусские и украинские националисты подхватывали мелодию. Ко всем этим годовщинам белорусские СМИ и организации готовились загодя, получая  информационную и консультационную поддержку из Польши.
 В результате  битва под Оршей предстаёт как сражение объединённого польско-литовско-белорусского войска против «московитов». Ссылки белорусских националистов на «боевое братство», мягко говоря, не выдерживают никакой критики. В состав ВКЛ, как известно, частично входили земли современных Украины, Белоруссии и Российской Федерации, и славяне играли заметную роль в политической жизни этого государства. Ни украинской, ни белорусской национальности в XVI веке не существовало, а был единый в этно-культурном отношении русский народ, разделённый границами нескольких государств. Например, литовским войском командовал великий гетман Константин Острожский, выходец из Острога (сейчас – город в Ровенской области Украины). Тезисы о противостоящей русским «польско-литовско-белорусской боевой дружбе» подкрепляются лозунгами преемственности белорусов по отношению к «имперским» традициям ВКЛ. Между тем именно «национальный» аспект выпячивается в диспутах вокруг исторического события пятивековой давности, хотя национальных государств, ставших плодом Вестфальской  системы международных отношений, сложившейся через сотню с лишним лет после русско-литовской войны 1512-1522 гг., тогда ещё не существовало в помине. С этой проповедью выступают «литвинисты» – новое пропагандистское течение, объявляющее эфемерным существование белорусов как народа и призывающее вернуться к «корням», осознать себя «литвинами», прямыми наследниками ВКЛ.  Поражение русских войск под Оршей объявляется «победой белорусского оружия», а участие в битве войск Польши и Великого Княжества Литовского (ВКЛ) превращается в стереотип боевого «польско-литовско-белорусского братства». И никого не смущает, что попытки изображать события той войны под углом зрения чаяний «белорусской нации» выстроить своё «независимое национальное государство» выглядят столь же смехотворными, сколь невежественными. В войске Великого Княжества Литовского было много славян, и само это княжество до принятия унии с Польским королевством было пронизано славянским религиозно-культурным влиянием.
Сражение закончилось не в пользу русских войск, и, хотя переломного значения оно не имело, так как Смоленск, главный приз русско-литовской войны 1512-1522 гг., остался в руках русских, само событие уже третье десятилетие подряд используется белорусскими националистами в качестве пропагандистской «болванки», которой «обстреливается» идея российско-белорусского союза… 
Несмотря на это, литвинское движение в Белоруссии уже располагает собственными СМИ, а литвинские мотивы подхватывают и белорусская оппозиция пропольского толка, и польская пресса, усматривающие в этом движении инструмент противодействия общерусской идеологии в Белоруссии.  В эпоху Великого Княжества Литовского литвинами называли литовцев, а также всё население княжества, вне зависимости от этнического происхождения. Однако единого литвинского народа, будто бы объединявшего всех жителей ВКЛ, история не знала.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.